Неточные совпадения
Идучи по улице, я заметил издали, что один из наших спутников вошел в какой-то дом. Мы шли втроем. «Куда это он пошел? пойдемте и мы!» — предложил я. Мы пошли к дому и вошли на маленький дворик, мощенный белыми
каменными плитами. В углу, под
навесом, привязан был осел, и тут же лежала свинья, но такая жирная, что не могла встать на ноги. Дальше бродили какие-то пестрые, красивые куры, еще прыгал маленький, с крупного воробья величиной, зеленый попугай, каких привозят иногда на петербургскую биржу.
Один, тотчас из ворот, по
каменному безобразному крыльцу с далеко выдающимся
навесом вел в большие комнаты, удобные скорее для солдатской швальни, чем для жилого помещения.
Выходишь, бывало, сначала под
навес какой-то, оттуда в темные сени с
каменными сводами и с кирпичным, выбитым просительскими ногами полом, нащупаешь дверь, пропитанную потом просительских рук, и очутишься в узком коридоре.
Это были по большей части двухэтажные
каменные постройки, обнесенные
навесами веранд и балконов.
Поднявшись умственно по ступеням широкого
каменного под деревянным
навесом крыльца, вступаешь в просторные сени, в которых была подъемная крышка над лестницею в подвал.
Навес для пушек под именем пушечного двора, ряды балаганов под именем лавок, которые можно было снять и опять поставить в несколько часов, как лагерь,
каменный дом московского головы (Ховрина), множество деревянных церквей, достойных названия часовней, — вот вам и площадь, называемая Красною.
Каменный собор на грязной, немощеной базарной площади, нескончаемые заборы, незатейливой наружности бревенчатые домики, дырявые тротуары, заваленные всякой гадостью и травой поросшие улицы,
каменные присутственные места, развалившаяся больница, ветхий
навес с пустыми рассохшимися бочками, с испорченными пожарными трубами, — словом, то, что каждый видал не в одном десятке русских городов.